ой.
   Показалась яркая почти ничем не закрытая луна. Быстро приближающаяся
  гроза была, по-видимому, настоящей бурей. То и дело нас ослепляли небывало
  яркие молнии и сотрясал оглушительный гром. На песок уже начали ложиться
  первые мрачные тени надвигающейся грозной стихии. Внезапно поднявшийся
  ветер швырял в машину песок с такой силой, что она ходила ходуном. В
  пальцах у меня появился сильный зуд - глаза очень хотели наружу.
   - Значит, они все таки использовали меня и для того, чтобы перенести
  его тело в другое место, - взволнованно заговорил я скороговоркой,
  уставившись в одну точку. Каким, должно быть, бредом звучали мои слова для
  Ричарда - ведь он тогда почти совсем ничего не знал.
   - Они могут управлять мной, - продолжал я. - Когда я развязываю руки,
  они получают возможность управлять мной. Они способны в любой момент
  подчинить меня себя полностью и могут манипулировать мной как угодно,
  направляя мои действия по своему усмотрению, даже если я находясь в
  бессознательном состоянии. Когда мои руки развязаны, я становлюсь для них
  как бы дверным проемом, каналом их связи с нашим миром. По несколько раз в
  день, когда руки у меня развязаны от нестерпимого зуда, я обнаруживаю себя
  стоящим в совершенно, порой, неожиданных для меня местах - в саду,
  например, или перед картиной, которая висит меня в гостиной. Все эти места
  и предметы хорошо знакомы мне, но я совершенно не помню,