юди были бы более вежливы, добры
  или... или более воспитаны.
   -- Благодарю вас,-- сказал Лонни и снова сел. Он обнял Дорис и улыб-
  нулся.-- Вот видишь? Все просто.
   -- Но это не благодаря тебе,-- шутливо проворчала она и слегка ударила
  его в бок. В машине было много места, чтобы даже такой высокий человек, ка-
  ким был Лонни, смог потянуться; черные лондонские такси были еще простор-
  нее, чем нью-йоркские.
   -- Хорошо,-- сказал шофер.-- Тогда поехали. Ну, вперед, в Крауч-энд.
   Был конец августа, и ровный жаркий ветер шелестел по улицам и тре-
  пал одежду мужчин и женщин, возвращавшихся домой после работы. Солнце
  уже зашло за крыши домов, но когда оно просвечивало между ними, Дорис ви-
  дела, что оно начинало приобретать красноватый закатный отлив. Шофер на-
  певал что-то сквозь зубы. Она расслабилась в объятиях Лонни; казалось, что за
  последние шесть дней она видела его больше, чем за весь год, и ей было очень
  приятно обнаружить, что это ей нравиться. Она тоже раньше никогда не уезжа-
  ла из Америки, и ей приходилось напоминать себе, что она в Англии, она в
  ЛОНДОНЕ, и что тысячи людей были бы счастливы побывать здесь.
   Очень скоро она потеряла всякое ощущение направления; она обнару-
  жила, что поездки в такси по Лондону действуют так расслабляюще. Город рас-
  простерся огромным муравейником, полным старинных названий, в которых
  звучали такие слова, как "дорога", "манеж", "холмы", "соборы" и даже "посто-
  ялые дворы", и ей было непонятно,