аска...
   -- Который был час? -- вдруг спросил Фарнхем.
   -- Я не знаю,-- сказала Дорис Фриман, вздрогнув от собственного изло-
  жения подробностей.-- Полагаю, что шесть. Не позже, чем двадцать минут седь-
  мого.
   -- Понятно, продолжайте,-- сказал Фарнхем, прекрасно зная, что в авгу-
  сте заход солнца не начинался, даже по очень приблизительным меркам, до се-
  ми часов или позже.
   -- Не знаешь? -- повторил Лонни.-- Что же он, так вот просто взял и
  уехал?
   -- Может быть, когда ты поднял руку,-- сказала Дорис и, подняв свою
  руку, сложила кольцом большой и указательный пальцы, как это сделал Лонни
  в телефонной будке.-- Наверное, когда ты сделал так, он подумал, что ты пома-
  хал ему на прощание.
   -- Мне бы пришлось долго махать ему, чтобы отослать его с двумя фун-
  тами и пятью шиллингами на счетчике,-- усмехнулся Лонни и пошел к тротуа-
  ру. На другой стороне Крауч-хилл-роуд двое малышей все еще хихикали.-- Эй! -
  - позвал Лонни.-- Ребята!
   -- Вы -- американец, сэр? -- отозвался один из них. Это был мальчик с
  клешней.
   -- Да,-- улыбаясь сказал Лонни.-- Вы видели здесь такси? Водитель пое-
  хал в сторону центра?
   Дети, казалось, обдумывали этот вопрос. Приятельницей мальчишки
  была девочка лет пяти с неопрятно спутавшейся копной каштановых волос.
  Она шагнула вперед к краю противоположного тротуара, сложила ладошки ру-
  пором и, все еще улыбаясь, прокричала им в свой рупор: "Пошел ты, парень, на
  ...!"
   У Лонни отвисла челюсть.
   -- Сэр! Сэр!