езумным взглядом она поискала дорожку, которая ве-
  ла от изгороди, и не увидела ее. Нигде. Перед глазами у нее завертелись карти-
  ны -- мотоциклисты, на мгновение ставшие похожими на больших крыс с пока-
  тыми головами, кот с розовой изжеванной мордой, маленький мальчишка с
  клешней вместо руки.
   ЛОННИ! -- она пыталась громко закричать, но не смогла.
   Теперь раздались звуки борьбы. Стон прекратился. Из-за изгороди до-
  носились звуки -- мокрые, чавкающие. Потом вдруг Лонни вылетел сквозь изго-
  родь, будто его вышвырнула какая-то огромная сила. Левый рукав его пиджака
  был оторван, а весь костюм заляпан чем-то черным, которое, казалось, дыми-
  лось так же, как яма на газоне.
   -- Дорис, беги!
   -- Лонни, что...
   -- Беги! -- его лицо было совсем белым.
   Безумным взглядом Дорис посмотрела вокруг, нет ли поблизости поли-
  цейского или хотя бы кого-нибудь. Но Хиллфилд-авеню, похоже, была частью
  какого-то огромного пустынного города, она не увидела никаких признаков
  жизни или движения. Потом она оглянулась на изгородь и увидела, как позади
  нее что-то двигалось, нечто еще более чем просто черное, оно казалось черным
  как смоль, полной противоположностью всему белому.
   И оно с хлюпаньем двигалось.
   Минутой позже короткие жесткие сучья изгороди затрещали. Оцепенев
  от ужаса, она навсегда застыла бы в неподвижности (так она сказала Веттеру и
  Фарнхему), если бы Лонни грубо не схватил ее за руку и пронзительно закри-
  чал на нее -- да, Лонни, который