кого-нибудь из них".
  Она едва заметно кивнула в направлении сидящих за столиком
  водителей.
   Как мне объяснить вам, что я отдал бы все - буквально все
  - за возможность сказать ей: Разумеется, допивайте свой
  кофе. Моя машина в вашем распоряжении. Кажется
  невероятным, особенно, если учесть, что мы обменялись едва
  ли дюжиной слов, но тем не менее это так. Смотреть на нее
  было все равно, что видеть перед собой живую Мону Лизу или
  Венеру Милосскую. И еще одно чувство родилось во мне. Как
  будто в беспорядочной темноте моего сознания кто-то внезапно
  включил сильный, яркий свет. Мне было бы гораздо проще,
  если бы я мог сказать, что она была обычной шлюшкой, а я был
  завзятым бабником с набором шуточек и веселой болтовней, но
  это было не так. Все, что я знал, сводилось к тому, что у
  меня нет возможности помочь ей и это разрывает мне сердце.
   "Я сам путешествую на попутных", - сказал я ей.
   "Полицейский согнал меня с заставы, и я просто зашел сюда
  погреться. Мне очень жаль".
   "Вы учитесь в университете?"
   "Учился. Ушел оттуда, чтобы не доставить им удовольствие
  выгнать меня".
   "Вы едете домой?"
   "У меня нет дома. Меня воспитало государство. Мне
  выплачивали стипендию. Я плюнул на все это. Сейчас я не
  знаю, куда мне ехать". Моя биография в пяти предложениях.
  Не думаю, чтобы этот рассказ привел меня в хорошее
  расположение духа.
   Она засмеялась - и ее смех бросил меня и в жар и в холод.
  "Тогда мы - кисы из одного мешка".