, что у меня нечто вроде
  галлюцинации, и в течение какого-то времени я рассматривал
  ее почти с клинической точки зрения.
   Потом одна из девушек встала на цыпочки, чтобы поцеловать
  своего парня. Это было уже слишком. Поросшая шерстью,
  искаженная морда с черными выпуклыми глазами, рот,
  обнажающий желтые кривые зубы...
   Я ушел.
   Я, в полубезумном состоянии, помедлил мгновение в
  коридоре. В конце коридора был туалет, но я пробежал мимо
  него и понесся вверх по лестнице.
   На третьем этаже была раздевалка, и мне осталось
  пробежать последний пролет. Я распахнул дверь и подбежал к
  унитазу. Я изверг из себя смешанный запах косметики,
  пропотевшей одежды, сальной кожи. Музыка раздавалась где-то
  далеко внизу. В раздевалке стояла девственная тишина. Мне
  стало полегче.
   Мы остановились у стоп-сигнала перед своротом на
  юго-запад. Воспоминание о вечеринке взволновало меня по
  какой-то неизвестной мне причине. Я начал дрожать.
   Она посмотрела на меня, улыбнувшись одними темными
  глазами. "Прямо сейчас?"
   Я не мог ответить ей. Меня слишком трясло. Она медленно
  кивнула, ответив за меня.
   Я свернул на дорогу 7. Летом по ней, должно быть, возили
  лес. Я не заезжал слишком далеко, так как боялся застрять.
  Я выключил фары. Снежинки начали бесшумно опускаться на
  ветровое стекло.
   "Любишь?" - спросила она почти добрым голосом.
   Из меня вырвался какой-то звук, вернее, он был вытащен из
  меня. Я думаю, он был довольно точным звуковым