Он не двинулся, когда я поднял
  дробовик. Не думаю, чтобы он вообще понимал, что
  происходит. Наверное, он думал, что все это сон.
   Я сделал один выстрел, но пуля летела слишком низко.
  Поднялся огромный фонтан снега и обсыпал его с ног до
  головы. Тогда он испустил громкий крик ужаса и побежал,
  совершив гигантский прыжок над лежащим на дороге проводом.
  Я выстрелил еще раз и снова промахнулся. Он скрылся в
  темноте, и я мог забыть о нем. Он больше не мешал нам. Я
  вернулся назад к машине.
   "Нам придется идти пешком", - сказал я.
   Мы прошли мимо распростертого тела, перешагнули через
  искрящийся провод и пошли, следуя за далеко друг от друга
  расположенными следами убежавшего человека. Некоторые
  сугробы доходили ей почти до колен, но она все время шла
  чуть-чуть впереди меня. Оба мы тяжело и часто дышали.
   Мы взошли на холм и спустились в узкую ложбину. По одну
  сторону стоял покосившийся, опустевший сарай с выбитыми
  окнами. Она остановилась и сжала мою руку.
   "Здесь", - сказала она и показала в другую сторону. Даже
  сквозь ткань пальто ее пожатие показалось мне сильным и
  болезненным. Ее лицо превратилось в сияющую, торжествующую
  маску. "Здесь. Здесь".
   По другую сторону от ложбины было кладбище.
   Мы приблизились, увязая в сугробах, и с трудом
  вскарабкались на покрытую снегом каменную стену. Конечно, я
  уже бывал здесь. Моя настоящая мать была из Касл Рока, и
  хотя они с отцом никогда не жили здесь, тут оставался их
  участок