дверцу и увидел, что было за ней. Там была
  девушка, моя девушка. Она была мертва. Ее глаза
  бессмысленно смотрели в склеп. Прямо в мои глаза. От нее
  пахло украденными поцелуями. Она была обнажена. Ее тело
  было разрезано, от горла до промежности, и вывернуто
  наизнанку. И в ней копошилось что-то живое. Крысы. Я не
  мог их разглядеть, но я слышал, как они роются в ней. Я
  понял, что через мгновение ее пересохший рот раскроется и
  она спросит, люблю ли я ее. Я отпрянул. Все мое тело
  онемело. Сознание было окутано черным облаком.
   Я повернулся к Ноне. Она смеялась и протягивала мне
  руки. И во внезапной вспышке озарения я понял, я понял, я
  все понял. Последнее испытание. Последний экзамен. Я
  выдержал его, и я был свободен!
   Я вновь повернулся к дверце, и, конечно, это оказался
  всего лишь пустой каменный чулан, усыпанный мертвыми
  листьями.
   Я пошел к Ноне. К моей жизни.
   Она обвила руками мою шею, и я прижал ее к себе. Именно
  в тот миг она начала меняться, сморщиваться и течь, как
  воск. Большие темные глаза стали маленькими и круглыми.
  Волосы стали жесткими и изменили цвет. Нос укоротился,
  ноздри расширились. Тело ее навалилось на меня.
   Я оказался в объятиях крысы.
   "Любишь?" - завизжала она. "Любишь? Любишь?"
   Ее безгубый рот потянулся к моим губам.
   Я не вскрикнул. Я не в силах больше кричать.
  Сомневаюсь, что хоть что-то может заставить меня сделать это
  после всего, что со мной произошло.
   Здесь так жарко.
   Я