быстрые пятьдесят
  ярдов в его жизни, но вдруг его дыхание замерло, замерло все
  его тело. Он повернул голову, и Рэнди увидел, как набухли
  вены у него на шее.
   "Панч..." - произнес он удивленным, сдавленным голосом.
  Потом он начал кричать. Он кричал с удивительной силой.
  Его мощный баритоновый рев раскололся на дикие сопранные
  звуки. Эти звуки были настолько громкими, что это
  отражалось от берега и возвращалось призрачными полутонами.
  Сначала Рэнди показалось, что он просто кричит, но потом он
  уловил в его воплях слово - нет, два слова, повторявшихся
  снова и снова. "Моя нога!" - кричал Дик. "Моя нога! Моя
  нога! Моя нога!"
   Рэнди посмотрел вниз. Нога Дика странным образом увязла
  в плоту. Причина была очевидной, но ум Рэнди сначала
  отказывался ее принимать - слишком это было невозможно,
  слишком гротескно. Он смотрел, как ногу Дика затягивало в
  щель между двумя досками.
   Потом под ногой Дика он заметил темное сияние черной
  штуки, черное сияние, оживленное кружащимися, зловещими
  цветами.
   Черная масса крепко прилипла к его ноге ("Моя нога!" -
  кричал Дик, словно желая подтвердить этот элементарный
  вывод. "Моя нога, о, моя нога, моя НОГААААААААА!"). Он
  наступил на одну из щелей между досками, а эта штука
  поджидала его внизу. Штука...
   "Тяни!" - вдруг завопил Рэнди. "Тяни, Дик, черт возьми,
  ТЯНИ!"
   "Что происходит?" - завизжала Ла-Верн, и Рэнди краем
  сознания отметил, что она не просто трясла его за плечо -
  она вонзила