ла в него свои острые как клыки ногти. От нее не
  было бы никакого толку. Он ударил ее локтем в живот. Из
  нее вырвался лающий кашель, и она села на доски. Он
  подскочил к Дику и схватил его за руку.
   Она была твердой, как каррарский мрамор, каждый мускул
  был словно ребро из скелета динозавра. Пытаться вытянуть
  Дика было примерно то же самое, что и тянуть из земли
  большое дерево с развитой корневой системой. Глаза Дика
  были обращены в сторону пурпурной полоски, оставшейся от
  заката. Взгляд его был тусклым и удивленным, и он продолжал
  кричать, кричать, кричать.
   Рэнди посмотрел вниз и увидел, что нога Дика втянулась в
  щель между досками уже до лодыжки. Ширина щели была не
  больше полу дюйма, но нога проваливалась вниз. Кровь текла
  по белым доскам густыми, темными ручьями. Черная штука
  пульсировала в щели, словно кипящая пластмасса, словно
  бьющееся сердце.
   Должен вытащить его. Должен вытащить его немедленно,
  иначе это вообще будет невозможно... держись, Киско,
  пожалуйста, держись...
   Ла-Верн поднялась на ноги и отпрянула от Дика на середину
  плота. Она тупо трясла головой, прижав руки к тому месту,
  куда Рэнди двинул ее локтем.
   Дик крепко прижался к нему, глупо размахивая руками.
  Рэнди посмотрел вниз и увидел, как кровь фонтаном бьет из
  его голени, которая заострялась, словно вставленный в
  точилку карандаш. Только грифель не был черным, он был
  белым.
   Черная штука вновь высунулась из щелей, продолжая
  всасывать в себя