изверг из себя фонтан такой
  густой крови, что она казалась почти твердой. Рэнди и
  Ла-Верн залило теплой жижей. Ла-Верн снова начала кричать
  охрипшим голосом.
   Кровь брызнула из глаз Дика с такой силой, что они
  выпучились почти комически. Рэнди подумал: А еще говорят о
  жизнеспособности! Боже, ПОСМОТРИТЕ на это! Он же выглядит
  как пожарный гидрант! Боже! Боже! Боже!
   Кровь потекла у Дика из ушей. Его лицо превратилось в
  отвратительную пурпурную репу, это было лицо человека,
  зажатого в медвежьих объятиях чудовищной, загадочной силы.
   А потом, слава Богу, все кончилось.
   Дик рухнул на плот, и Рэнди с тошнотворным удивлением
  заметил, что кровь выступила у него даже на черепе.
   Звуки из-под плота, сосущие звуки.
   Именно тогда в его сумбурном сознании промелькнула мысль,
  что у него был хороший шанс доплыть до берега. Тело Ла-Верн
  у него на руках делалось все тяжелее и тяжелее. Он
  приподнял ее веко - под ним был виден только белок. Он
  понял, что она не просто потеряла сознание, но впала в
  состояние глубокого шока.
   Рэнди взглянул на поверхность плота. Он, конечно, мог
  положить ее, но ширина каждой доски была не больше фута. Не
  было никакой возможности положить ее так, чтобы под ней не
  было щелей.
   А затем его сумеречное сознание прошептало: Сделай это.
  Положи ее и плыви.
   Но он не сделал этого, не мог этого сделать. Ужасное
  чувство вины охватило его при этой мысли. Он держал ее,
  чувствуя постоянное, мягкое бремя.