тавки и
  самодельный гибрид текст-процессора... - Он пожал плечами.
   Нордхоф поставил свою бутылку на стол и сказал:
   - В пятидесятых годах один парнишка из двух консервных банок из-под
  супа и электрического барахла, стоившего не больше пяти долларов,
  смастерил атомный ускоритель. Мне об этом Джон рассказывал. И еще он
  говорил, что в каком-то захудалом городишке в Нью-Мексико один парень
  открыл тахионы - отрицательные частицы, которые, предположительно,
  движутся по времени в обратном направлении, - еще в 1954 году. А в
  Уотербери, что в Коннектикуте, одиннадцатилетний мальчишка сделал бомбу из
  целлулоида, который он соскреб с колоды игральных карт, и взорвал пустую
  собачью будку. Детишки, особенно те, которые посообразительней, иногда
  такое могут выкинуть, что только диву даешься.
   - Может быть. Может быть.
   - В любом случае это был прекрасный мальчуган.
   - Вы ведь любили его немного, да?
   - Мистер Хагстром, - сказал Нордхоф. - Я очень его любил. Он был
  по-настоящему хорошим ребенком.
   И Ричард задумался о том, как это странно, что его брата (страшная
  дрянь, начиная с шести лет) судьба наградила такой хорошей женой и
  отличным умным сыном. Он же, который всегда старался быть мягким и
  порядочным (что значит "порядочный" в нашем сумасшедшем мире?), женился на
  Лине, превратившейся в молчаливую неопрятную бабу, и получил от нее Сета.
  Глядя