у от него.
   На грузовик, его грузовик.
   Когда дядя Отто перестал появляться в городе, именно мой
  отец не позволил ему умереть в одиночестве от голода. Он
  приносил ему провизию каждую неделю, покупая ее на свои
  собственные деньги. Дядя Отто ни разу не вернул ему ни
  цента, возможно, ему это просто не приходило в голову. Папа
  умер за два года до смерти дяди Отто. Деньги дяди Отто
  отошли факультету лесного хозяйства Мэйнского университета.
  Я думаю, они были довольны. Во всяком случае, если учесть
  величину суммы, этого следовало ожидать.
   Когда я получил права в 1972 году, я часто стал завозить
  недельную провизию. Поначалу дядя Отто смотрел на меня с
  некоторым подозрением, но понемногу начал оттаивать. Через
  три года он впервые сказал мне о том, что грузовик медленно
  подползает к дому.
   Я тогда уже был студентом Мэйнского университета, но
  приехал домой на летние каникулы и вновь взялся за
  еженедельную доставку продуктов. Дядя Отто сидел за столом,
  курил, смотрел, как я выкладывал консервы и, слушал мою
  болтовню. Мне показалось, что он забыл, кто я такой.
  Иногда это было заметно, но... возможно, он притворялся. А
  однажды он заставил меня поледенеть, спросив "Это ты,
  Джордж?", когда я подходил к дому.
   В тот день в июле 1975 года он прервал мои попытки
  завязать обычный разговор внезапным и резким вопросом: "Что
  ты думаешь вон о том грузовике, Квентин?"
   Внезапность вопроса вырвала у меня искренний ответ:
   "Я промочил