- Мы тебя, ублюдок, достанем!
   Джим вернулся в класс. Детки смотрели на него так,
  словно ничего не произошло. Ему же казалось, что он в
  каком-то нереальном мире, и это ощущение возникло у него не
  впервые... не впервые...
   Мы тебя, ублюдок, достанем!
   Он вынул из стола журнал успеваемости и аккуратно вписал
  неуд против фамилии Чипа Освея.
   В эту ночь он увидел старый сон.
   Сон, как медленная пытка. Чтобы успеть все хорошо
  разглядеть и прочувствовать. Особую изощренность этому сну
  придавало то, что развязка надвигалась неотвратимо и Джим
  ничего не мог поделать - как человек, пристегнутый ремнем,
  летящий вместе со своей машиной в пропасть.
   Во сне ему было девять, а его брату Уэйну двенадцать.
  Они шли по Брод-стрит в Стратфорде, Коннектикут, держа путь
  в городскую библиотеку. Джим на два дня просрочил книжки и
  должен был выудить из копилки четыре цента, чтобы уплатить
  штраф. Время было летнее, каникулярное. Пахло срезанной
  травой. Из распахнутого окна доносилась трансляция
  бейсбольного матча: "Янки" выигрывали у "Ред сокс" 6:0 в
  последней игре одной восьмой финала, Тед Уильямс, бэтсмен,
  приготовился к удару... А здесь надвигались сумерки, и тень
  от здания Барретс Компани медленно тянулась к
  противоположному тротуару.
   За рынком пролегала железнодорожная колея, под ней
  тоннель. У выхода из тоннеля, на пятачке возле
  бездействующей бензоколонки, околачивалась местная шпана -
  парни в кожаных куртках и простроченных