скрылось из виду.
   - Какой, ты сказала, ближайший населенный пункт? - спросил он.
   - Сейчас, - она склонилась над атласом. - Гатлин. Мы будем там минут
  через десять.
   - Большой? Полицейский участок там, интересно, будет?
   - Небольшой. Просто точка на карте.
   - Хотя бы констебль.
   Какое-то время они ехали молча. Слева мелькнула силосная башня. А так
  - сплошная кукуруза. Хоть бы один фермерский грузовичок.
   - Послушай, нам кто-нибудь попался навстречу, после того как мы
  свернули с автострады?
   Вики подумала.
   - Одна легковушка и трактор. На развязке, помнишь?
   - Нет, а позже? Когда мы выехали на семнадцатое шоссе?
   - Никто.
   Полчаса назад он бы воспринял это как резкую отповедь, но в данном
  случае это была всего лишь констатация факта. Вики смотрела сквозь
  полуопущенное окно на однообразно уплывающую прерывистую дорожную
  разметку.
   - Вики? Ты не откроешь этот чемодан?
   - Ты думаешь...
   - Не знаю. Все может быть.
   Пока Вики возилась с узлами (губы поджаты, лицо отрешенное - такой он
  запомнил свою мать, когда она по воскресеньям потрошила цыпленка), он
  включил приемничек.
   Волна поп-музыки, которую они слушали раньше, почти совсем ушла. Берт
  покрутил ручку. Фермерские сводки. Бак Оуэнс и Тэмми Уайнетт. Голоса
  сливались в почти не различимый фон. Вдруг из динамиков вырвалось
  одно-единственное слово, да так громко