, сделал бы то же самое. Надо
  бы продезинфицировать рану, как только представится возможность, а то и
  укол засадить - он где-то читал, что человеческий укус самый опасный. А
  малыш молодец.
   Шеридан выжал сцепление, объехал здание, задом вырулил на подземную
  дорожку и свернул налево. В Талуда Хейтс, на окраине города, у Турка
  просторный дом, построенный в стиле ранчо. Ехать туда Шеридан должен был
  в случае необходимости окружным путем. Тридцать миль. Минут сорок пять
  или час.
   Он миновал щит с надписью "СПАСИБО ЗА ПОКУПКИ, СДЕЛАННЫЕ В ПРЕКРАСНОМ
  КАЗЕНТАУН-СКОМ ТОРГОВОМ ЦЕНТРЕ", свернув налево, и набрал дозволенные
  сорок миль в час. Вытащив из заднего кармана носовой платок, он обмотал
  им правую руку и сосредоточился на преследовавших его сорока тысячах
  баксов, обещанных Турком.
   - Ты пожалеешь, - сказал малыш. Шеридан раздраженно покосился на
  него, вырванный из забытья. В мечтах ему пришло двадцать очков, а
  мистеру Регги ни шиша.
   Малыш опять заплакал; слезы по-прежнему отливали красным. Уж не болен
  ли он, в который раз подумал Шеридан... может, подхватил какую-нибудь
  заразу. Ну да ничего, дай Бог, мистер Маг выложит денежки до того, как
  разнюхает, что тут нечисто.
   - Когда Деда найдет тебя, ты пожалеешь, - канючил малыш.
   - Ага, - согласился Шеридан и закурил. Он свернул с 28-го шоссе на
  необозначенную на карте гравийную дорогу. Теперь слева раскинулась
  болотина, а справа