ма ничего не знаешь.
   - Что это за дорога, Кларк?
   - Я чувствую себя, как старый пес, который пукнул под столом, где
  обедает семья, давай, говори все, что ты обо мне думаешь. Изливай все
  это на меня. Твоя очередь.
   - Давай вернемся, пока еще есть время. Вот мой совет.
   - Ага. Отчего бы тебе не вывесить на дороге знак "ПОКАЯНИЕ"?
   - Это что, шутка?
   - Не знаю, Мэри, - мрачно произнес он и уселся, поглядывая то на
  карту, то на местность за заляпанным ветровым стеклом. Они были женаты
  почти пятнадцать лет, и Мэри достаточно хорошо знала его и была уверена,
  что он будет настаивать на том, чтобы ехать вперед... не только несмотря
  на неожиданную развилку, а как раз из-за нее.
   "Когда Кларка Уиллингема гладят против шерстки, он не отступит",
  -подумала она, прикрывая рот, чтобы он не заметил ее усмешки.
   Она не успела. Кларк взглянул на нее, приподняв бровь, и ее кольнула
  неприятная мысль: если она за столько времени научилась читать его так
  же легко, как школьную хрестоматию, то ведь и для него она так же ясна.
   - В чем дело? - спросил он чуть-чуть повышенным тоном. Вот тут-то
  -даже до того, как она уснула, дошло до нее теперь, - рот у него начал
  стремительно уменьшаться. - Хочешь принять участие, дорогая?
   Она покачала головой:
   - Просто горло прочищаю.
   Он кивнул, сдвинул очки на лоб и склонился над картой, почти
  уткнувшись в нее носом.
   - Ладно, - сказал он, - свернуть