ело. Как
  ни противно было себе в этом признаваться, он жаждал поколебать ее
  самоуверенность, очень уж не хотелось признавать во всеуслышание, что она
  оказалась права.
   Ладно, пару минут можно потянуть.
   Он направился к кафедре, по дороге рассуждая. Каждый день через
  Гатлин проезжают машины. У жителей окрестных мест наверняка здесь есть
  друзья или родственники. Время от времени городок должна патрулировать
  полиция штата. А вспомнить бездействующий светофор. Не могут же те, кто
  снабжает город электроэнергией, не знать, что здесь добрых двенадцать лет
  нет света. Вывод: ничего такого в Гатлине произойти не могло.
   Отчего же тогда мурашки по коже?
   Он взошел на кафедру по ступенькам, покрытым ковровой дорожкой, и
  оглядел пустые скамьи, уходящие в полумрак. Он чувствовал лопатками, как
  его буравит этот потусторонний, не по-христиански зловещий взгляд.
   На аналое лежала большая Библия, открытая на тридцать восьмой главе
  книги Иова. Берт прочел: "Господь отвечал Иову из бури и сказал: "Кто сей,
  омрачающий Провидение словами без смысла?.. Где был ты, когда Я полагал
  основания земли? Скажи, если знаешь". Господь. Тот, Кто Обходит Ряды.
  Скажи, если знаешь. И накорми нас кукурузными лепешками.
   Берт начал листать страницы, они переворачивались с сухим, каким-то
  призрачным шуршанием - а что, подходящее место для призраков. Из книги
  были вырезаны целые куски. В основном,