ся, - резко сказала она. - Здесь достаточно места, если
  маневрировать осторожно.
   Он медленно обернулся, но ее уже не волновало выражение его лица. Он
  уставился на нее, как на сумасшедшую:
   - Дорогая, что ты...
   - Мне это не нравится, вот и все. - Она чувствовала, как лицо у нее
  наливается кровью, но все равно стояла на своем. - Мне это напоминает
  страшный рассказ, который я читала в детстве. - Она помолчала. - А еще
  напоминает о домике-конфетке в сказка про Ганзеля и Гретель.
   Он все еще сохранял это свое выражение "а я не верю", и она поняла,
  что он хочет спуститься вниз - продолжение того идиотского гормонального
  взрыва, которых охватил его утром на шоссе. Ему хотелось совершать
  открытия, Господи помилуй! И, конечно, хотелось купить сувенир.
  Например, майку с надписью вроде "Я БЫЛ В РОК-Н-РОЛЛ-РАЕ, И, ЗНАЕТЕ, ОНИ
  КЛАССНО ИГРАЮТ".
   - Дорогая, - начал он нежным, вкрадчивым голосом, каким всегда
  убеждал ее вляпаться в очередную авантюру.
   - Перестань. Хочешь сделать мне приятное - разворачивайся и
  возвращайся на шоссе N 58, если сделаешь это, вечером получишь
  вознаграждение, даже два раза, если захочешь.
   Он глубоко вздохнул - руки на рулевом колесе, глаза устремлены прямо
  вперед. Наконец, не глядя на нее, произнес:
   - Посмотри на ту сторону долины, Мэри. Видишь, там вверх вьется
  дорога.
   - Да.
   - Видишь, какая широкая? Гладкая? Прекрасно мощеная?