азбросаны надувные
  матрасы и шезлонги; сама ванна была заполнена чистой водой. На дне не было
  никакого мусора, и на поверхности не просматривалось ни одной пылинки.
  Вспоминая яркие толпы народа, виденные им в журнале Рентро, Найсмит
  испытал чувство подавленности от их почти живого присутствия: словно они
  вот-вот вышли на минутку в соседнее помещение.
   За плавательным бассейном находился ряд раздевалок, а за ними
  неожиданно оказался небольшой гимнастический зал. Здесь впервые можно было
  заметить присутствие чужаков. Параллельные брусья, кони и трамплины были
  отодвинуты в сторону, и посередине полированного пола лежали три маленьких
  ящика из черного металла. На верхней поверхности одного из них находилась
  строчка из каких-то надписей и шкалы. Помня ту машину, которую чужаки
  использовали на нем в его лос-анжелесской квартире, Найсмит проявил
  осторожность и не стал приближаться к ним. Он обошел зал по краю, ища
  продолжение красного следа, но его не было - след заканчивался здесь.
   Он обернулся. В дверном проеме стоял Чуран и рядом с ним находилась
  черная, оснащенная линзами машина на треноге.
   Испытав шок, который отозвался звоном в его нервной системе, Найсмит
  сделал шаг назад. Машина слегка повернулась на своем основании, отслеживая
  его перемещение. Он остановился.
   - Не делайте этого, Найсмит, - наряженным голосом проговорил Чуран. -
  Это силовое оружие, наведенное на вас как на мишень.