нтересного, за
  исключением еще одной женщины, принадлежащей к классу Развлекателей,
  одетую в легкие, как паутина, развевающиеся одежды. Она медленно плыла в
  сопровождении юноши и девушки. Ее лицо было благородным и печальным; она
  смотрела прямо перед собой без всякого выражения.
   - Это Тера-яни, - проговорила приглушенным голосом девушка. - Разве
  она не удивительна?
   - Я этого не вижу, - ответил Найсмит. - Почему удивительна?
   - До прошлого месяца она была самой любимой яни в Городе, пока не
  выпустили новые мутации, и мода не изменились. Теперь для нее ничего не
  осталось. Она приняла двадцатидневный яд и сейчас прощается с Городом.
   Найсмит фыркнул; на него это не произвело впечатления. Вверху впереди
  зеленокожая служанка толкала по воздуху за поясницу невероятно толстую
  старуху. Уродливая, как заметил Найсмит, имела на шее яркий металлический
  воротник; теперь он вспомнил, что видел подобные воротники и на других
  зеленокожих.
   До них донесся обрывок разговора:
   - Госпожа, ну почему должны умирать все Уродливые? Разве я не была
  всегда хорошей, разве я всегда...
   - О, не утомляй меня, Менда. Я тебе уже объясняла, что ничего не могу
  поделать. Это как-то связано с наукой. Чтобы я больше не слышала...
   Теперь они приближались к центру этого огромного помещения, где
  плавала самая большая и плотная масса людей. Визгливый гул разговоров
  становился все громче. Нервы у Найсмита