м видений, воспоминаний,
  искаженных и таящих опасность: бледный зуг, еще более ужасный, чем в
  жизни, с клыками и сверкающими глазами, стремительно надвигался на него, в
  то время как он не мог дотянуться до пистолета...
   Найсмит застонал, пытаясь проснуться. Видение померкло. Теперь он
  блуждал по пустым коридорам Старого Города, каким-то образом смешавшись и
  с такими же пятнами, как коридоры космического корабля. В поле зрения
  оказались зеленоватые лица Лолл и Чурана; их потухшие глаза закатились
  вверх.
   И третья часть сознания, отдельная от двух, с зачарованным ужасом
  наблюдала за дрожащей под ударами дверью, которая вот-вот должна была
  открыться.
   Трещина расширялась. Что-то в темноте шевелилось, готовое появиться
  на свет...
   Найсмит проснулся от собственного хриплого крика, эхом отозвавшегося
  в его ушах.
   Одежда была мокрой от пота, голова раскалывалась от боли, и он весь
  дрожал. Где-то вдали вне комнаты слышались крики. На какой-то момент ему
  показалось, что он еще находится во сне, затем крик повторился снова. Это
  был крик тревоги или страха. Ему вторили другие голоса; затем накатилась
  грохочущая лавина звука - взрыв!
   Найсмит окончательно очнулся, метнулся к двери и выглянул. Мужчина из
  касты Развлекателей, вооруженный и в шлеме, шел по коридору с
  сосредоточенным лицом.
   - Что происходит? - обратился к нему Найсмит, но человек молча исчез.
   По пути