ирались среди мокрых кустов по узенькой садовой дорожке. Я шел
  позади открывшего мне стража и наспех придумывал, как правдоподобнее
  объяснить в замке свое ночное вторжение. Так мы добрались до входа,
  поднялись по неровным ступенькам на каменную террасу и увидели дверь,
  вернее, открытый пролом в стене.
   - Прошу. - Мой спутник жестом пригласил меня войти.
   Я машинально перешагнул порог и тут же зацепился за что-то ногой. Уже
  падая, я услышал крик:
   - Осторожней! Храни вас бог!
   Нечто темное и тяжелое пролетело мимо и глухо шмякнулось об пол. Не
  вставая, я разглядел огромный, искусно отлитый из чугуна кулак. От
  широкого кольца у запястья уходила вверх ржавая массивная цепь. "Странные
  вещи" уж очень настойчиво следовали одна за другой.
   - Он не ушиб вас? Не больно?
   Я поднялся и наконец разглядел при свете своего спутника. Он оказался
  старушкой, подвижной и маленькой, с проворными руками, которые заботливо
  отряхивали меня.
   - Это от грабителей, еще покойный сэр Джон придумал, а мистер Родгейм
  не успел снять. Надеюсь, вы не ушиблись? Слава богу, нет - вижу!
   Ее доброе морщинистое лицо улыбалось. Зловещая тень в полутьме сада
  превратилась здесь в диккенсовскую бабушку, что-то вроде похудевшей и
  постаревшей Пеготти, когда Копперфильд уже вырос и мог бы стать хозяином
  точь-в-точь такого же замка в Шотландии. Впрочем, нет, не такого! Чем-то
  далеким,