этих панелях - римские и арабские цифры, латинский и греческий алфавит,
  математические символы! На этот раз выдвинулась миниатюрная панель с
  золотистым отливом и дисковой системой набора.
   - Не удивляйся смысловой бессвязности записи, - сказал Крис. - Это еще
  не речь. Мысль часто хаотична, ассоциативна, причем ассоциации подчас
  понятны только мыслящему. И обрати внимание на паузы: это зрительный образ
  вторгается в ассоциативную цепь.
   Он включил запись.
   - ...конечно же, виноват Груши... не сумел догнать пруссаков... одного
  Веллингтона я бы раздавил, как козявку... на правом фланге замок Угумон...
  слева Сен Жан, чем левее - тем выше, а в тылу лес Суаньи - вообще
  отступать некуда... и Ней так удачно начал атаку... а Груши ждал
  приказа... идиот... это писец из префектуры кланяется приказам, а
  военачальник думает... только дурак не мог сообразить, что повторяется
  ситуация при Маренго... ему бы дерзость Дезе, тот сообразил, пришел
  вовремя... а Бурмон просто падаль... почему так больно в желудке... Что я
  ел?.. Да-да, Бурмон... под Неем убивают пятую лошадь, а этот шакал продает
  императора... а потом смеялись, что я мог спать под канонаду... а меня
  неудержимо клонило ко сну, как вчера у камней... спать, спать - а тут
  принимай исторические решения...
   - Явная гипотония, - сказал Крис, воспользовавшись паузой. - Одна
  таблетка ксеногина, и кто