воспринимал факт соседства приехавших разведчиков,
  выдаваемых за представителей командования и местного муллы, известного своим
  религиозным рвением и фанатизмом.
   В то утро Свешникову не спалось. В окно било яркое солнце, по комнате,
  как обычно, ползали небольшие фаланги. Он поднялся, оделся и вышел из дома,
  чтобы немного пройтись. И внезапно услышал пение. У колодца, стоявшего прямо
  рядом с их домом, пела какая-то девушка, не видимая ему со спины. Видны были
  только ее светлые волосы. И слышен удивительный голос - звонкий и
  проникновенный, нежный и трогательный, как древний восточный саз.
   Он подошел поближе. Девушка, не замечая его, уже закончила мыть ведра,
  когда услышала чьи-то шаги. Испуганно вскрикнув, она набросила на голову
  светлую шаль. Уже потом, спустя несколько лет после выхода из Афганистана,
  некоторые публицисты станут писать о "цитадели мусульманского фанатизма",
  изображая всех местных жителей душманами и моджахедами. Ничего подобного.
  Население очень долго лояльно относилось к пришедшим "шурави", а в отличие
  от соседнего Ирана, местные девушки могли появляться в городах с открытым
  лицом, накинув на голову косынку. Более того, в. крупных городах девушки не
  соблюдали даже такого обычая, появляясь в общественных местах вообще без
  головных уборов, распуская волосы, что являлось неслыханным нарушением
  традиционных обычаев.
   Девушка обернулась. Свешникова поразила необычайная красота девичьего
  лица. Большой