о нападении, Асанов вышел со своей группой и почти две недели они
  преследовали захвативших в плен Кичина моджахедов. Наконец, загнанные в
  горы, они попросили перемирия. Это тоже был один из парадоксов афганской
  войны, когда стороны объявляли о перемирии на каком-то конкретном участке
  или в городе. На переговоры от моджахедов пришел сам шейх Курбан, высокий,
  красивый мужчина, знавший почти полтора десятка языков. Среди афганских
  лидеров было много культурных, образованных людей. К сожалению, их было
  большинство на противоположной стороне. Среди "революционеров", как правило,
  преобладали люмпены и выскочки, гордившиеся своим крестьянским
  происхождением.
   Асанов радушно приветствовал шейха Курбана и приказал подать
  традиционный чай,
   - Ты преследуешь нас, - начал шейх после того, как сделал первый глоток
  чая, - уже две недели. Что тебе нужно, "Барс"? Мы много слышали о тебе.
  Таджики гордятся, что среди "шурави" есть такой таджик. Но почему именно
  нас. Что ты хочешь?
   - Пленных. Верните их мне, и я отсюда уйду. Вы захватили моих людей. А
  я никогда не бросаю своих людей, - ответил Асанов.
   - Мы взяли их в честном бою, - возразил шейх Курбан, - мы хотели
  обменять их на оружие.
   - Только не со мной. Продовольствие, одежду, пожалуйста. А оружия не
  дам, - твердо ответил Асанов.
   Это была одна из самых удивительных страниц войны. И самых позорных.
  Часто выручая своих пленных, некоторые