ыпрыгнуть незнакомец. Потом был взрыв.
   - Ну, все, - сказал Салтыков, опуская бинокль и обращаясь к гостю в
  штатском, - мы свое дело сделали, товарищ генерал.
   Только тогда Шершов понял, какой важности была эта операция.
   А с Никитиным ему разобраться действительно не дали. Сразу после боя
  его увезли на вертолете в штаб, а оттуда почти под конвоем доставили в
  Душанбе. Уже на следующий день он был на Чукотке. Через месяц приехала жена
  с детьми.
   Иногда длинными зимними ночами Салтыков вспоминал того незнакомца,
  выпрыгнувшего из вертолета. И каждый раз в душе искренне желал ему удачи.
  
  
  III
   - Это было правильное решение, - выстрелить в меня, - похвалил
  Борзунова генерал, - но запоздалое. Хотя с вашим "решением" нельзя делать
  таких резких движений.
   Машков и Чутов, тяжело дыша, поднимались с земли.
   - Отбой. Зона пройдена, - наконец сказал генерал, - а вы, Борзунов,
  только тогда спохватились, когда получили пулю в живот. Сколько раз говорил
  - нельзя расслабляться. Самое страшное, это когда вы считаете, что все
  трудности позади. Вот тогда человек расслабляется и все.
   У павильона появились Дубчак и Хабибулин. Последний был весь мокрый.
  Установленный под искусственным болотом механизм действительно утащил его
  под воду на целых полминуты. Дубчак уже успел смыть краску с головы, куда
  попали "вражеские" снайперы.
   - Можете сесть, - махнул рукой генерал, - разбор прохождения зоны будет
  позже.