андовавшему их группой в
  Афганистане. Словно предчувствуя свою гибель, Черкасов попросил в одну из
  редких встреч своего друга об этом. У него не было никого на целом свете и
  он справедливо решил, что если его вспомнит такой человек, как Асанов, то
  ему будет просто легче лежать в земле. Так он и сказал своему товарищу.
   Тот выполнил его просьбу, нашел генерала и все ему рассказал. Они пили
  в полном молчании за неудавшуюся жизнь Славика Черкасова, за его смерть, так
  счастливо избавившую этого человека от дальнейших мучений, за его страдания,
  столь обильно выпавшие на долю этого "казанского сироты".
  
  
  
  IX
   В нарушение всех правил, предусматривающих оставление дежурных по
  лагерю, Асанов и Семенов, замаскировав или закопав часть имущества,
  отправились за остальными офицерами. Идти налегке было значительно легче, и
  вскоре они уже соединились с группой Рахимова, которые смогли пройти к тому
  времени довольно большую часть пути, совершая на каждом отрезке два-три
  коротких перехода туда и обратно. Рахимов, Елагин и Борзунов с понятным
  волнением узнали о гибели майора Машкова. Особенно был огорчен капитан
  Борзунов, успевший довольно близко подружиться с погибшим офицером. К вечеру
  следующего дня они возвратились в лагерь. За время их отсутствия здесь
  побывали только птицы, чьи следы они сразу обнаружили. В этих горах вообще
  мало бывало случайных гостей или одиноких путников - здесь в одиночку просто
  нельзя было выжить.