евший это ранение и заметивший, как наступают
  сверху бандиты, чтобы в последней отчаянной попытке взять хоть одного
  офицера живым, сам предложил остаться. Спорить было нельзя, и Асанову
  оставалось только кивнуть головой, обняв на прощание своего капитана. А
  потом пять километров через горы он тащил Катю Падерину на себе. Тащил,
  выбиваясь из сил, зная, что ни при каких обстоятельствах не бросит ее.
   И позади слышались выстрелы. И шел неравный бой одного человека с целой
  группой наседавших на него бандитов. И только когда Асанов подошел к границе
  он услышал как прекратился последний бой капитана Чон Дина. Единственное,
  что мог сделать перед своим уходом генерал, единственное, чем они наградили
  своего офицера, был молчаливый кивок на вопрос Чон Дина.
   - Мы все сделали правильно?
   Конечно, Асанов не имел права даже отвечать на этот вопрос, но бывают
  случаи, когда можно нарушать самые большие секреты в мире. И он просто
  кивнул головой. И впервые за все время их экспедиции Чон Дин широко
  улыбнулся. Словно понял за пять минут до своей смерти весь замысел операции
  и героическую роль каждого из офицеров, участвовавших в этой экспедиции.
   Труп его не был найден, но в горах еще долго рассказывали о маленьком
  киргизе, перебившем в горах большой отряд контрабандистов. Некоторые
  считали, что он был человеком Алимурата, некоторые даже говорили, что он был
  послан из Пакистана.
   А Асанов вышел на границу, унося почти