ится среди других домов, в глубине двора, выходя частично на другую
  улицу. Найдя наконец этот дом, он, не колеблясь, поднялся на четвертый этаж
  и постучал.
   - Кто там? - раздался совсем молодой и знакомый голос.
   - Свои, - сказал генерал, подняв перед собой огромный букет гвоздик.
   За дверью посмотрели в глазок, увидели огромное количество цветов,
  испуганно ахнули и открыли дверь.
   Он протянул цветы и лишь затем увидел Катерину. Она поправилась,
  появился второй подбородок, исчезли ее знаменитые скулы.
   - Здравствуй, Катя, - сказал он, глядя ей в глаза.
   - Здравствуйте, товарищ генерал, - изумилась она, - большое спасибо за
  цветы. Заходите, пожалуйста.
   Она, стуча костылем, отодвинулась от двери и, дождавшись, когда он
  войдет в квартиру, также нелепо стуча костылем, двинулась за ним в комнату.
  Из соседней комнаты в их коммунальной квартире выглянуло чье-то равнодушное
  лицо, но тут же скрылось.
   Асанов вошел в комнату, огляделся и сел на чуть покосившийся стул.
  Следом, неприятно стуча костылем, вошла Падерина.
   - Как вы меня нашли? - улыбнулась она. - Кто вам дал мой адрес?
   - Ты забываешь, что я генерал, - засмеялся Асанов, - мы, кажется, в
  больнице договорились. Будем называть друг друга только на ты.
   - Да, я совсем забыла. Как ты живешь, Акбар?
   - Неплохо. Правда, в нашем Центре я не работаю, перевели на другое
  место. А как у тебя дела?
   - Живу, - попыталась улыбнуться она, но