умели, но это нам ничего не дало. Он находится в
  Германии. Сейчас мы пытаемся выяснить, где именно.
   - Нужно позвонить министру иностранных дел, - предложил директор ФСБ, - у
  Привакова хорошие отношения с Кинкелем.
   Пусть позвонит и попросит о помощи. После того как мы точно обнаружим
  этого террориста, нам понадобится помощь немцев.
   - Да, - согласился министр обороны, поднимая трубку прямого телефона
  правительственной связи и набирая номер министра иностранных дел. Ему было
  приятно, что можно проигнорировать этого мешковатого грузина, по-прежнему
  стоявшего у стола в его кабинете.
   Министр даже не предложил ему сесть, считая, что и так слишком много
  времени тратит на разговоры с этим неизвестным ему прежде офицером ГРУ. Он
  знал, что Приваков работает в своем кабинете даже по воскресным дням,
  предпочитая тишину рабочей обстановки отдыху на даче или с друзьями. В
  последнее время на МИД возлагали особые надежды по улучшению отношений с
  большинством стран, с которыми ранее эти отношения были прерваны. На этот
  раз повезло. Министр действительно был в своем кабинете. Поздоровавшись,
  генерал попросил своего коллегу приехать в здание Министерства обороны.
   - Что случилось? - насторожился Приваков. Если министр обороны просит в
  воскресенье утром министра иностранных дел приехать к нему, то это не может
  быть дружеской беседой за чашкой чая.
   - У нас очень важное дело. Чрезвычайное, - сказал министр