рмами права и также сразу попал в колонию, еще в двадцать лет. О двух
  судимостях напарника Виктор, конечно, знал. Но именно он заверял всех, что
  на Сергея можно положиться. И потому взял его с собой в Испанию.
   Сейчас, сидя на полу, Сергей попытался подняться, но было видно, что это
  ему удается с трудом. Испанец ничего не говорил. Виктор протянул руку,
  помогая подняться сидевшему на полу напарнику.
   - Иди в душ, - посоветовал он. Сергей кивнул и, едва не поскользнувшись
  снова, пошел в ванную комнату. Послышался шум воды.
   - В таком состоянии его нельзя брать, - как-то отстранение заметил
  Переда.
   - Что значит - нельзя? - разозлился Виктор. - Мужик в нормальном
  состоянии. Сейчас примет стакан на опохмелку и будет как стеклышко.
   - Черт тебя подери! - разозлился Переда. - С вами всегда так. Я тебе
  говорю; его нельзя брать с собой. И перестань со мной спорить.
   Мне лучше знать.
   Через пять минут из ванной появился Сергей. Переда был все-таки прав.
  Сергей двигался с трудом и все время тряс головой, словно отгоняя от себя
  назойливых комаров.
   - Иди расплатись за номер, - зло сказал Переда, - а я с ним спущусь вниз,
  к машине.
   - Мы можем опоздать на самолет.
   Виктор торопливо кивнул, выходя из комнаты.
   - Не забудьте мои вещи, - проговорил он на прощание.
   - Кретин, - зло проворчал ему вслед Переда. Сергей хмуро озирался по
  сторонам.
   - Где ваши вещи? - спросил Переда.
   - Вещи?