хмуро спросила она.
   - Это квартира Сизовых? - Одышка давала о себе знать.
   - Да.
   - А где твоя мама?
   - У нее болит голова, - твердо сказала девочка.
   - Скажи маме, что я пришел поговорить насчет папы.
   Девочка повернулась и побежала с криком:
   - Мама, это насчет папы пришли поговорить!
   Борисов остался на пороге. Из другой комнаты вышел мальчик лет
  четырех-пяти, который тащил за собой на веревочке игрушечный паровозик.
  Паровозик упорно не хотел идти.
   У него не двигались колеса. Увидев незнакомца, ребенок замер. Борисов
  улыбнулся ему.
   - Не работает? - сочувственно спросил он.
   - Не лаботает, - ответил мальчик.
   - Давай его сюда, - наклонился к паровозику полковник, - я постараюсь его
  починить.
   - Нет, - сказал ребенок, заслоняя свою игрушку.
   - Почему? - удивился Борисов.
   - Папа сказал, что сам починит. Приедет и починит, - убежденно сказал
  ребенок, глядя в глаза незнакомцу. Из другой комнаты появилась миловидная
  женщина лет тридцати. Она была в очках, придававших ее лицу какое-то детское
  выражение.
   - Славик, иди играй в другой комнате, - строго сказала она и, уже
  обращаясь к полковнику, предложила:
   - Проходите в комнату.
   Полковник прошел в столовую. Обычная комната. Типовая мебель. Чуть больше
  обычного книг. Он сел на стул, стоявший у стола.
   Женщина села рядом.
   - Что случилось? - спокойно спросила она. Но было видно, что спокойствие
  дается ей с трудом.