ядерного
  нападения какой-либо державы еще оставался шанс на ответный удар. В случае,
  который произошел сегодня утром, никаких шансов не оставалось. Это будет
  хуже прямого попадания ядерных ракет по Москве, с ужасом думал генерал.
   Из дома уже бежал помощник, поднятый дежурным офицером. Не успев толком
  одеться, не побритый и не позавтракавший, помощник испуганно смотрел на
  министра. Он знал, в каких именно случаях сюда может прилететь вертолет. И
  понимал, что случилось нечто невообразимо страшное.
   - Застегнись, - мрачно посоветовал ему генерал, гладя на часы.
   Через четыре минуты должны появиться вертолеты. В таких случаях
  появляются сразу три вертолета. Один, в котором полетит сам министр, и два
  вертолета охраны, обязанные охранять головной вертолет с уже находящимся на
  борту министром обороны страны и командным пультом, размещенным в этом
  вертолете. Уже в полете министр мог начать работу, отдавая необходимые
  приказы. Этот вертолет был своеобразным мини-командным пунктом, с которого
  он мог связаться с любой атомной подводной лодкой, лежавшей на боевом
  дежурстве в океане, с любой пусковой установкой, расположенной где-нибудь
  глубоко под землей. И от одного его слова зависело очень многое. А в случае
  отсутствия Президента как Верховного главнокомандующего он мог и лично
  принимать решение об ответном ударе.
   Сейчас об этом как-то не хотелось думать. Генерал тоскливо посмотрел на
  небо.