ень опасен. Кроме всего прочего,
  он был фигурой политической, по должности приравненной к заведующим отделами
  ЦК КПСС. Его могли допросить в первую очередь. Под радостные победные
  возгласы демократов августа девяносто первого никому И в голову не могло
  прийти обеспечить его особой охраной. Казалось, что все страхи остались
  позади. Но люди, отвечавшие за сохранение государственных тайн, понимали,
  какой неудобной фигурой был бывший Управляющий. Кроме всего прочего, могла
  всплыть неблаговидная роль "Октавы" в румынских событиях 1989 года. А это
  могло изменить взгляд очень многих людей на мировую историю вообще, и на
  политику СССР, России в частности. Этого не хотелось допускать ни в коем
  случае.
   С бывшим Управляющим серьезно поговорили. Ему объяснили, что деньги,
  переведенные в свое время за рубежи вложенные теперь в разного рода фонды и
  недвижимость, могут быть гарантированы от неожиданностей только в случае
  абсолютного молчания всех исполнителей. Нет, ему не угрожали. Просто
  предлагали продумать варианты.
   Управляющий был немолодой, мудрый человек. Кроме того, на свое несчастье
  он обладал хорошей памятью и имел большую семью. Десятки тайных счетов в
  Бельгии, Люксембурге, Голландии, Лихтенштейне, Швейцарии, на Ближнем и
  Среднем Востоке, в странах Латинской Америки были известны лишь узкому кругу
  посвященных. И он был одним из них, случайно, по должности, попавших под
  свет юпитеров. Управляющий,