еме координат, где существование
  политической полиции было оправданным и правильным. Кроме того, несмотря на
  вс„ чистки, в бывшем КГБ действительно сидело очень много его политических
  противников, считавших его лично ответственным за развал некогда великой
  страны. И хотя теперь ведомство называлось ФСК, Президент понимал, что на
  лояльность этих людей полностью положиться он не имеет права.
   И потому накопившееся раздражение принимал на себя молодой Директор ФСК.
  Теперь он ехал в свое ведомство в мрачном настроении, сознавая, что в словах
  Президента слишком много истины. В приемной его ждал вызванный два часа
  назад генерал. Директор прошел в свой кабинет, сухо поздоровавшись и почти
  сразу вызвал генерала.
   - Что произошло? - гневно спросил Директор ФСК. - Каким образом ваши люди
  могли потерять объект наблюдения?
   - Не понимаю, - оправдывался генерал, - он летел в Москву с двумя
  пересадками. Мы принимали и провожали в обоих аэропортах. Были задействованы
  сотрудники областных управлений. Вчера ночью специальная группа вылетела в
  Тбилиси, чтобы обеспечить его безопасность. И вот такой неожиданный
  результат. Я не понимаю, в чем дело. Может, он заметил ведущееся за ним
  наблюдение.
   - Надо было ему сразу объяснить, в чем дело, - недовольно сказал Директор
  ФСК.
   - В интересах дела мы хотели, чтобы Сулакаури все рассказал сам Меджидов.
  Никто не думал, что так может произойти.
   - Что с остальными?
   - Корин сегодня