ем плохо, если они вместе с Андреем приедут, понял я.
  Уже плохо соображая, бегу к Семену Алексеевичу с просьбой отпустить меня.
  Сообразив, что у меня дома что-то случилось, он молча кивнул головой. Вот за
  такие вещи мы его и уважали. Он всегда молчал, когда нужно, и говорил очень
  редко. Всегда по делу. Теперь он даже не спросил, когда я вернусь.
   Я бросился к машине и едва не стукнул свою "девятку", когда выезжал со
  стоянки. А потом, выжимая из автомобиля все возможное, гнал к дому моей
  бывшей жены. Уходя, я оставил им свою квартиру, а сам снимал комнату. Потом,
  правда, Семен Алексеевич выхлопотал мне двухкомнатную, в которой я жил один,
  как король. Все девицы, которые иногда появлялись в моей огромной квартире,
  изумлялись ее величине - она вполне могла сойти за пятикомнатную в
  "хрущобах".
   Я домчался на место через пятнадцать минут, хотя обычно дорога занимала
  минут тридцать - тридцать пять. На трассе многие сотрудники ГАИ знали меня в
  лицо, поэтому-то мне и удалось проскочить так быстро. Когда я приехал, их
  еще не было у дома. Я в нетерпении кусал губы, гадая, что именно могло
  произойти, но уже тогда понимал, что просто так Алена мне бы не позвонила.
   Они приехали еще через пятнадцать минут. Я бросился к машине. В
  автомобиле, кроме Андрея и Алены, никого не было.
   - Где Игорь? - заорал я не своим голосом.
   - Он дома, - ответил Андрей, и я обессиленно прислонился к машине.
  Честное слово, я предполагал