еловек, что
  довольно странно для такой организации.
   - Вы его близко знаете?
   - Нет, не очень. - Цфасман хотел сказать, что говорил с ним вчера, но,
  верный своей привычке не выдавать информации больше, чем получал сам,
  промолчал. Он не мог даже предполагать, что на этот раз от его молчания
  зависит его собственная жизнь.
   - Строительство уже закончено?
   - Кажется, да. Но я специально не интересовался. - Он все еще не мог
  понять интереса своего собеседника к строительству, не связывал его интереса
  к кому-то из сотрудников службы охраны со своими делами.
   - И больше вы с ним не встречались? - спросил, улыбнувшись, хозяин
  "Савоя".
   - С кем? - не понял Цфасман. Или сделал вид, что не понял.
   - С сотрудником службы охраны. С этим начальником отдела.
   "Похоже, тот в чем-то прокололся. Или подставился. А может, он работает
  на оппозицию. Или еще на кого-нибудь, - тревожно подумал Марк Александрович,
  - нельзя признаваться, что мы с ним разговаривали. Это могут не так понять".
   - Нет, - решительно сказал он. - Нет. Я с ним никогда не встречался и
  никогда не разговаривал.
   - Ну и правильно. А финансирование закончили?
   - Кажется, да. Но я точно не интересовался.
   - Правильно делали, - кивнул его собеседник, - давайте поговорим о наших
  делах.
   Во время дальнейшего разговора Цфасман несколько раз ловил на себе
  осторожный взгляд собеседника, но больше они не возвращались к разговору о
  финансировании базы