ие? - разозлился он. - Объясните
  толком.
   - Мы не поняли. Но он отказался.
   - У вас есть пленка?
   - Есть, - доложил звонивший.
   - Привезите ко мне в кабинет. Я послушаю.
   - Вас понял.
   Через пятнадцать минут владелец "Савоя" в своем кабинете слушал запись
  беседы подполковника Литвинова с банкиром Цфасманом. Рядом стоял коротко
  остриженный седой человек в куртке.
   - При чем тут лечение? - спросил хозяин кабинета, прослушав запись
  разговора.
   - Они знали друг друга, - сказал седой, - он вас обманывал. Цфасман знал
  Семена Алексеевича. Видимо, он и рассказал ему об операции.
   - Но зачем, - пожал плечами владелец "Савоя", - он ведь не идиот? Зачем
  ему рассказывать? Терять такие деньги? Все терять?
   - А если он поставил на другого кандидата? Если он хочет одновременно
  играть за обе стороны?
   - Да. Это похоже на Цфасмана. Значит, вы считаете, Слепнев, что он
  пытался нас обмануть?
   - Безусловно. Вы видите, как он нервничает. Рожко проверил Литвинова и
  выяснил, что тот живет один. Никакого мальчика у него нет. Он давно разведен
  и живет один, - снова повторил Слепнев.
   - Значит, они нас обманывают?
   - А разве вы не поняли? Послушайте, что он сказал, когда разговор
  закончился. Мы сумели записать и эти слова. Он громко выругался. Если он
  действительно никого не знал, то почему так нервничал? И тем более почему
  выругался, отключившись? Цфасман говорил, что не знает Семена Алексеевича, а
  выяснилось,