лась тишина.
   - Какой мерзавец! - сказала она минуту спустя.
   - Да, мерзавец, - согласился я. - Хотя в каком-то смысле весьма занятный
  тип. Абсолютный цинизм в сочетании с его ловкостью даже вызывает уважение.
   - Что будешь делать, Леня? - спросила Алена.
   - Найду тех, кто убил Виталика, - ответил я не колеблясь. - И Семена
  Алексеевича. А потом посмотрим.
   - Ты не беспокойся, - сказала Алена, - мы постараемся найти деньги.
  Может, продадим что-нибудь.
   А я подумал о деньгах, про которые я рассказал Семену Алексеевичу.
  Возможно, уже тогда у меня в голове зрел некий план. Или мне просто
  казалось, что у меня есть какой-то план? В любом случае я твердо знал, что
  теперь не успокоюсь. Теперь меня уже невозможно было бы остановить. Я знал,
  куда идти и что делать. Я все знал и поэтому стал очень опасен...
   - Леня, - услышал я голос Алены, - как ты выйдешь в таком виде?
   - Поедем к вам, - предложил я. - Найди Андрея, пусть сделает мне
  какой-нибудь укол. Мне нельзя здесь оставаться, следующий гость может
  оказаться посерьезней Провеленгиоса.
   - Одевайся, - сказала Алена. - Давай я тебе помогу. Где твой пиджак? И
  где у тебя лежат носки? Я не успела их найти.
   Когда она принесла носки, я потянулся за ними, но Алена отстранила мою
  руку.
   - Сама, - сказала она. - Ты силы береги, тебе еще нужно до такси дойти, а
  по дороге всякое может случиться.
   Потом она помогла мне надеть кобуру. После чего я отыскал