убийца прятался за шахтой лифта. Он появился неожиданно и
  сразу открыл огонь.
   - Выходит, точно знал, в кого стреляет, - сказал я.
   - Да, разумеется, - кивнул Зоркальцев. - Будете осматривать место
  происшествия?
   - Обязательно буду. Только к нему домой я не пойду. Не смогу. Я хорошо
  знаю его жену и дочь. Поднимайтесь сами, если, конечно, сможете.
   - Хорошо, - помрачнел Зоркальцев. Ему тоже было не очень приятно
  выполнять подобную миссию.
   Мы подъехали к дому. Подъехали в половине двенадцатого вечера. У подъезда
  стояла машина. В ней находились двое сотрудников милиции и наш офицер.
  Заметив нас, они выбрались из автомобиля.
   - Все нормально, - доложил наш сотрудник.
   - Соседи знают? - спросил я.
   - Двое знают. Проходили в этот момент домой. Но не знают, кого именно...
  Мы сказали им, что пьяный зашел в их подъезд и упал, разбился. Когда они
  проходили, мы накрывали тело простыней, чтобы никто не увидел лица.
   - Правильно, - кивнул я. - Пойдемте. Мы вошли в подъезд. Здесь не было
  даже замка на входной двери. Обычный московский подъезд в старом доме. До
  лифта - шагов десять. Нужно было пройти площадку, отделанную кафелем,
  подняться на три ступеньки и, пройдя еще несколько шагов, подойти к лифту.
  Видимо, убийца стрелял, стоя у почтовых ящиков. Я осмотрел стену. Так и
  есть: следы пуль. И кровь. Видимо, не успели все замазать.
   - Когда это случилось? - спросил я у Зоркальцева.
   - Часа два назад, -