Но и мальчиками, вроде тебя, он не брезгует. Намаялись с ним, пока отловили. Любишь человечинку, Витя?
   Существо утробно заурчало, но слов Спиридонов не разобрал.
   - Не гляди, что с виду дикий, - повернулся к задержанному Рашидов. - Мы экспертизу делали, у него умишко как раз на уровне столичного писаки. Сейчас сам увидишь... Скажи-ка, Витюша, вот этого хорька, который на стуле, узнаешь?
   - Ага, - просипело существо, даже не взглянув в сторону Спиридонова.
   - Вместе девок потрошили?
   - Ага! - еще радостнее отозвалось существо.
   - Ах ты, моя прелесть, - похвалил чудовище Рашидов. - Ну на палец, пососи немного. Только гляди, не кусай, как в прошлый раз. Накажу.
   Счастливо сопя, существо ухватило толстыми губами палец Рашидова и зачмокало, словно младенец, получивший соску.
   - Ладно, будет с тебя. - Рашидов брезгливо вытер палец о штаны. - Уведите скотину...
   - Так-то, вошик столичный, - Рашидов удовлетворенно улыбался. - Как видишь, стопроцентный свидетель. Мечта прокурора. И у нас таких сколько хочешь. Но это все юридические тонкости для соблюдения закона. Никакого суда, конечно, не потребуется. Витя тебя за один вечер схрумкает и косточек не оставит. Чрезвычайно некрасивая, унизительная смерть. Ты сам-то хоть это понимаешь?
   - Что вы от меня хотите?! - У Спиридонова на лбу выступила испарина. Волосатик произвел на него неизгладимое впечатление. - Объясните толком! Я же не против сотрудничества.
   - Кому нужно твое сотрудничество, ничтожество.
   - Что же вам нужно?
   Рашидов оценивающе на него посмотрел, огоньки в нефтяных озерцах потухли.
   - Пожалуй, уже ничего. Ты и вправду пустой. У тебя, увы, нечего взять. Обыкновенная залетная пташка. Коготки подкорнаем - и лети на волю.
   Тон его смягчился, но Спиридонов облегчения не почувствовал. Смутило замечание о коготках.
   - Я рад, Георгий Иванович,