у вас и взяли голыми руками, что мир вам, дурням, нелюбопытен. Пока жили люди общим разумом, крепки были. А как взялся каждый только о своей жопе думать, враг и одолел. Страну жалко. Какая великая была страна. Ты-то не помнишь, а я все помню.
   Анечка обрадовалась, что старик завел с ней умный разговор. И тема знакомая. Отец тоже любил поговорить об этом - великая страна, славное прошлое, - повышал голос, возбуждался, но потом крепко засыпал без всяких снотворных.
   - У каждого поколения, Степан Степанович, - Анечка с трудом ворочала языком, будто в рот ваты напихали, - свои представления о жизни. Наверное, я тоже скажу своим детям: вот в наше время, не то, что у вас...
   Никодимов глядел на нее с презрением.
   - Надо же, умница нашлась, - передразнил:
   - Своим детям! Наше время! Да тебе еще позволят ли их иметь, детей-то? Ишь разогналась. Другие решат, кому можно рожать, кому нет.
   - Еще чего, - не сдержалась Анечка. - Никого и спрашивать не буду. Нарожаю - и все. Мы с женихом...
   - Ну-ка, ну-ка. - Неожиданно она почувствовала, как стариковы руки сноровисто шарят по ее вздрагивающему тельцу. Стиснули груди, промяли живот. - А ничего ты, складненькая на ощупь. Съедобненькая.
   - Ой! - взмолилась Анечка. - Что же вы со мной делаете? Пожилой человек, как не стыдно!
   - Молчи, егоза. В лягушку превращу. Хочешь лягушкой заквакать?
   - Ой нет!
   - То-то же... Кто же он, твой женишок нареченный?
   - Егорка Жемчужников, - выпалила Анечка, понимая, что еще мгновение и ей несдобровать. Из цепких паучьих лап не вырвешься.
   - Егорка? - переспросил колдун, внезапно убрал жадные руки. - Тарасовны сынок?
   - Ага. - Анечка поспешно застегнула пуговки на халате..
   - И Харитона знаешь?
   Анечка догадалась соврать.
   - Харитон Данилович мне как второй отец, - призналась скромно.
   - Тогда иной расклад, - важно