добрал в Москве, не волнуйся.
   Усадил хмурую Розу Васильевну за стол.
   - Ты чего испужался, Калина? Не привидение же я.
   - То-то и оно. Уж лучше бы привидение... Зачем вернулся, Харитон? Не ко времени, правду сказать.
   - Что с тобой, старина? Люди с дороги, уставшие.
   Разве так гостей принимают?
   - Ох, извини, Харитоша, - старик засуетился, потянулся к полкам, уронив платок на пол. Мигом поставил на стол чашки, бутылку белого. Сунулся к холодильнику, но Мышкин его остановил:
   - Не надо... Сядь. Не трясись, ради Бога. Говори, чем напуган? Кто тебя за жабры взял?
   Калина Демьянович рухнул обратно на стул, обмяк.
   Белесые глаза вмиг увлажнились.
   - Ох, плохо, Харитон, совсем плохо... Ты в городе был?
   - Откуда же я?
   - И чего видел?
   - Впечатление неприятное. Будто все люди поголовно дури накушались.
   - Так и есть, Харитон, так и есть. - Старик наклонил седую голову над чашкой и вдруг захлюпал как ребенок, разрыдался. Мышкин обнял его за плечи, погладил по костлявой спине.
   - Хватит, хватит, старик. Перестань. Стыдно... Давай по чарке примем, после расскажешь.
   Разлил водку - и все трое молча выпили. Манерное получилось застолье. Но водка подействовала на старика благотворно. Он утер влагу со щек, приосанился. Даже попытаться улыбнулся.
   - Рассказывать нечего, Харитон. Експеримент - я так понимаю. Далеко бродило, а клюнуло у нас. Во всем городе нормальных жителей по пальцам сочтешь, кроме тех, кто на службе. Я на улицу не хожу, забыли про меня, потому и цел.
   - Ничего не пойму, - сказал Мышкин.
   - Давай уедем, - попросила Роза Васильевна. - Пока на хвост не сели. Я же чувствую. Если сядут, не вырвемся.
   Калина Демьянович поглядел на нее с уважением.
   - Она правильно говорит, Харитон. Беги, пока не засекли. Недоумеваю, как вы сюда добрались. Погляди, девушка, за дверью