. Ничего, мне такие нравятся... Значит, так. Покажешь, где дед казну прячет?
   - Покажу.
   - Слова бизнесмена тебе достаточно?
   - Ну, если ничего другого нету...
   - Все, пшел вон. Выспись как следует. Врача попозже пришлю. Спозаранку - в путь.
  
  Глава 5
  
   На третьи сутки добрались до Святых пещер, вышли к каменистой площадке на уступе - прошлогодней стоянке.
   Чудно, грустно склонились над обрывом две могучие сосны, неизвестно как уцепившиеся за склон. Казалось, упадут под ударами ветра и утянут за собой всю гору. Но шли годы, десятилетия, и ничего подобного не происходило.
   Жизнь деревьев иногда еще загадочнее, чем жизнь человека.
   Две ночевки в палатках, одна под дождем, тяжелее всех дались Спиркину. Избалованный довольством и негой последних лет, он, видно, не подрассчитал своих сил и к третьему дню сник, почернел лицом, и его постоянно знобило. После второй ночевки еле выполз к костру, сидел смурной, нахохленный, с презрительно оттопыренной губой. С каким-то детским удивлением обозревал каменистый ландшафт. Егорка осмелился спросить:
   - Может, вернемся, Иван Иванович? Вроде вы немного приболели.
   - Эх, малыш, - со странной улыбкой ответил Спиркин. - Такие, как я, на попятную не ходят. Запомни хорошенько, чтобы не попасть впросак.
   Неожиданная немочь его злила, он шпынял попутчиков, как свору недоумков, за любую оплошность, чаще мнимую, грозя оторвать башку, а тех, что неудачно подворачивались под руку, иногда доставал неуклюжим пинком. Больше всех почему-то доставалось Ирине. Ей он грозил такими карами, из которых самой гуманной было обещание испечь ее заживо на углях. На первом привале, когда подала ему, не предупредив, чересчур горячую кружку с чаем, плеснул ей кипятком в лицо, но женщина ловко увернулась. Лишь несколько капель задели щеку.
   С собой Спиркин взял пятерых боевиков, среди них были и монгол,