зможность спуститься вниз по лестничному пролету на
  следующий этаж и только потом окликнул его, позвав по имени. Он замер, все
  сразу поняв. Стоит спиной ко мне, не решается повернуться. В глаза
  посмотреть не хочет. Ждет выстрела. А я держу в руках "беретту" и думаю,
  как мы с ним вместе прорывались из Джелалабада.
   Долго он так спиной стоял. Конечно, оружие у него было, но как его
  достать, когда я стою за спиной, держа его на мушке. Наконец повернулся ко
  мне, медленно, очень медленно. Посмотрел на меня печально и говорит:
   - Значит, не судьба, перехитрил ты меня.
   А я молчу, что говорить, не знаю.
   - Ты всегда был хитрее меня, - кивает Рябой.
   С одной стороны, неприятно, что твой друг такой подлец, с другой - и
  сам себя немного подлецом чувствуешь, стоя перед ним с оружием в руках.
   Сверху раздался какой-то шум. Я надеялся, что теперь он наконец
  попытается достать оружие, но он даже не пошевелился. Понимал, что шансов
  никаких. Тогда я поднял свою "беретту". Он все понял.
   - Деньги отдай семье, - показал он на чемоданчик.
   - Обещаю, - сказал и сразу нажимаю на курок. Точно в лоб. Он сразу
  свалился.
   Поднял я его чемоданчик и поднялся наверх, к его квартире. Позвонил,
  положил чемоданчик на коврик перед дверью и дождался пока дверь откроют,
  спрятавшись за стенным выступом. Дверь открыли, чемоданчик взяли, и я
  ушел. Но на душе было противно. Все, думаю, Резо, теперь ты покойник.
   Поехал к себе